Главная
 Хроника
 Ладога - парк
 Нормативные акты
 Статьи
 Ладога. Приладожье
 О проекте
 Обратная связь

http://spok.onego.ru
http://www.eco.rian.ru/


Статьи

К. Никитин

Как вывести российский бизнес из тени

В Госдуме и правительстве всю первую половину июня обсуждается проект Основных направлений налоговой политики (ОННП) на 2016-2018 годы. Тем временем стране, в которой сейчас существует целых три налоговых системы: для крупного бизнеса, для малого и для тех, кто в промежутке, нужен новый договор между бизнесом и властью.

Налоговой стратегии нет

Сразу три новости заставляют вернуться к вопросу о налоговой политике. Первый — это слушания по проекту ОННП в Госдуме 2 июня 2015 года и на площадке «открытого правительства» 8 июня 2015 года. Второй, менее замеченный российскими СМИ, — обнародование президентской программы «100 шагов» в Казахстане. И третий, казалось бы, не имеющий отношения к налоговой политике, — публикации «Открытой России» и «Коммерсанта» о том, как устроен благотворительный фонд имени Ахмата Кадырова.

Начнем с первого. Слушания в Госдуме свелись к обсуждению традиционных претензий к документу — фрагментарности, отсутствии четкой стратегии, слабости в части отчета о реализации предыдущих версий ОННП, натянутости отдельных сравнений и обоснований, отсутствия прогнозируемости налогового режима и т.д. — Претензий в части несправедливых, а в остальном — высказанных явно не по адресу: период, когда налоговая политика формировалась в Минфине и выполнялась правительством, закончился примерно в 2012 году. Сегодня ОНПП никак не препятствуют появлению не предусмотренных ими решений, и усилия по их доработке до состояния согласованной стратегии просто не оправдываются. Так, без налоговой стратегии, мы и будем жить дальше.

Сразу три новости заставляют вернуться к вопросу о налоговой политике. Первый — это слушания по проекту ОННП в Госдуме 2 июня 2015 года и на площадке «открытого правительства» 8 июня 2015 года. Второй, менее замеченный российскими СМИ, — обнародование президентской программы «100 шагов» в Казахстане. И третий, казалось бы, не имеющий отношения к налоговой политике, — публикации «Открытой России» и «Коммерсанта» о том, как устроен благотворительный фонд имени Ахмата Кадырова.

Начнем с первого. Слушания в Госдуме свелись к обсуждению традиционных претензий к документу — фрагментарности, отсутствии четкой стратегии, слабости в части отчета о реализации предыдущих версий ОННП, натянутости отдельных сравнений и обоснований, отсутствия прогнозируемости налогового режима и т.д. — Претензий в части несправедливых, а в остальном — высказанных явно не по адресу: период, когда налоговая политика формировалась в Минфине и выполнялась правительством, закончился примерно в 2012 году. Сегодня ОНПП никак не препятствуют появлению не предусмотренных ими решений, и усилия по их доработке до состояния согласованной стратегии просто не оправдываются. Так, без налоговой стратегии, мы и будем жить дальше.

Три налоговые системы

В проекте ОНПП обозначены подходы к корректировке решения о консолидированных группах налогоплательщиков (КГН), позволяющих крупнейшим холдингам «схлопывать» финансовые результаты для налоговых целей. Предложения Минфина по КГН (в частности, об обязательности включения в КГН всех удовлетворяющих критерию 90-процентного владения предприятий группы) небезупречны, но в целом могут усложнить манипулирование ими. В ряде регионов возникла практика, когда региональные власти фактически воруют друг у друга налоговые базы — в обмен на снижение ставки налога на прибыль добиваются включения в КГН расположенного на их территории предприятия. В результате при отсутствии инвестиций и рабочих мест поступления в бюджет субъектов снижаются. Но слушания показали, что среди игроков, определяющих налоговую политику, нет даже минимального согласия о продлении действующего в 2015 году моратория на создание новых КГН и изменение состава старых.

Чего сегодня не хватает российской налоговой политике, чтобы Основные направления выполняли свою ключевую функцию и чтобы налоговый режим был предсказуемым? Прежде всего, нужен четкий документ, ограничивающий права законодательной инициативы по налоговой политике всех игроков, кроме федеральной исполнительной власти. Документ должен быть результатом работы Минфина с экспертами и согласован со всеми основными игроками. Кроме того, нужно что-то сделать с тем фактом, что в стране созданы и продолжают развиваться три разные налоговые системы.

Режим КГН и преференциальные режимы налогового администрирования от межрегиональных инспекций и режима «налогового мониторинга» до ускоренного и упрощенного режима возмещения НДС. И именно они несут основную часть налоговой нагрузки, находясь полностью в «белой зоне».

Во-вторых, это малый бизнес, которому доступны крайне льготные режимы («упрощенка», патентная система налогообложения для ИП) и основная проблема которого — уровень нагрузки на фонд оплаты труда. Эти режимы оправданны для реального малого бизнеса, но их эксплуатируют более крупные компании, которые дробят бизнес и требуют повышения пороговых значений по выручке для применения спецрежимов (с нынешних 60 млн руб.).

И наконец, между ними — сужающийся пласт среднего бизнеса в «светлой зоне» между «крупнейшими» и «упрощенцами».

Выход в «белую зону»

Налоговая политика должна быть направлена на то, чтобы оставить спецрежимы исключительно реальному малому бизнесу — и одновременно решить проблему непомерной соцстраховой нагрузки. Весь остальной бизнес — как ресурсный, так и нересурсный — следует выводить в «белую зону», четко обозначив перспективу снижения нагрузки (прежде всего — ставки НДС) в обмен на «обеление».

Дополнительные налоговые сборы следует использовать для снижения нагрузки на «белый» бизнес, который пока платит и за себя, и за своих собратьев пятидесяти оттенков серого, — и это должно быть продекларировано как условие нового договора власти и бизнеса на ближайшие годы. Нужно обеспечить всестороннюю поддержку и отказаться от попыток пересмотра любых инициатив, направленных на реализацию этой задачи.

Больше ответственности

Второе стратегическое направление налоговой политики — это радикальная децентрализация налоговой системы как в части финансовых потоков, так и в части полномочий. Можно как угодно относиться к фонду Ахмата Кадырова. Но нельзя не понимать, что особое устройство финансирования фонда отражает, пусть в своеобразной форме, рост желания регионов более активно и самостоятельно собирать и использовать деньги на своей территории.

Двигаться в этом направлении следует гораздо быстрее — в том числе полноценно вовлекая субъекты федерации в администрирование, создавая региональные службы доходов — и одновременно возлагая на регионы полную ответственность за принятые ими решения по налоговой политике.

100 шагов

И наконец, после полутора лет работы над деофшоризацией, пора вспомнить контекст, в котором эта задача была поставлена, и попытаться понять, насколько она вообще актуальна сегодня, как ее реализация влияет на конкурентные позиции российского бизнеса. Возможно, от деофшоризации в нынешнем виде стоит отказаться, радикально ее переосмыслив.

Здесь нелишне вспомнить программу Нурсултана Назарбаева «100 шагов», в которой подразумевается, например, создание специальных судов, доступных ограниченному набору инвесторов, с применением английского права. Может, и нам пора вернуться к этой идее «импорта» судей и арбитров с безупречной репутацией из стран, куда стремятся инвесторы для защиты своих интересов? Стимулировать деофшоризацию не принуждением, а созданием дома тех самых преимуществ, которые пока доступны только за рубежом.

Июнь 2015

[URL]




© «Инициативная группа «Ладога», 2007—2017

IO-HOSTS. Комфортный хостинг!